Интервью: Дарья Радич, министр экономики

На службе у экономики

Автор: Майя Драгович

Именно в июле Дарья Радич заняла, пожалуй, одну из самых сложных должностей в правительстве — министра экономики. Теперь именно на неё возложена задача решать многочисленные проблемы, стоящие перед финансами Словении: находить способы повысить конкурентоспособность; продумывать, как помочь стране выйти из экономического спада; помогать нации сбросить последние оковы времён до свободного рынка. Проблемы, безусловно, непростые, но, как говорит Радич, она усердно работает над их решением.

Вы всегда говорили, что одним из ваших ключевых приоритетов является повышение конкурентоспособности словенской экономики. Какие конкретные меры уже были введены для достижения этой цели и какие дальнейшие меры вы планируете?

В начале срока, когда министром был Матей Лаховник [а Радич занимала должность государственного секретаря], нас застал экономический кризис, поэтому наши планы оказались в некоторой степени парализованы. Тем не менее мы предложили компаниям стимулы для инвестиций в разработку новых продуктов. В настоящее время у нас открыт конкурс на создание центров развития. В тех технологических областях, где у Словении уже есть компании с навыками и компетенциями, мы хотим создать сильные центры развития, которые выведут Словению на более высокий технологический уровень. Мы повысим конкурентоспособность экономики, если создадим деловую среду, в которой высокотехнологичным компаниям, занимающимся разработками, будет комфортно. Такова наша цель: с помощью тендера на центры развития мы дадим импульс этим технологическим направлениям, а с сетью инкубаторов в технологических парках будем софинансировать новичков и стартапы.

Третья [основная инициатива] — попытка снизить налоговые отчисления с самых высоких зарплат. Это станет большим стимулом для иностранных инвесторов переносить сюда свои подразделения исследований и разработок (R&D).

Все исследования деловой среды в Словении выделяют жёсткость рынка труда, высокие налоги и взносы, а также сложную бюрократию как основные препятствия для ПИИ. Каков ваш ответ на это?

Я полностью согласна, и поэтому мы пытаемся снизить жёсткость, добиться большей гибкости в занятости, продвинуться в вопросе высокой налоговой нагрузки и так далее. Я пытаюсь ввести потолок взносов, при котором после определённого уровня зарплаты взносы остаются неизменными. Сейчас они растут вместе с ростом заработной платы.

Что касается административных барьеров, мы стараемся улучшить ситуацию, и с каждым годом она становится лучше. Мы продвигаемся медленно, но всё же продвигаемся.

В интервью вы говорили, что уход государства из экономики происходит слишком медленно, и что вы решительно поддерживаете приватизацию. И всё же мы живём во времена, когда во многих странах правительства вынуждены вмешиваться в экономику, а инвесторы основывают свои решения на действиях правительств. Как найти баланс?

Лично я — очень убеждённый сторонник приватизации. Я считаю, что разделение экономики и политики — правильный путь. Не проблема, если государство владеет несколькими фирмами, но на это следует смотреть прежде всего с экономической, стратегической точки зрения. Стране нужно иметь некоторую собственность как своего рода резерв. Но в Словении есть ряд активов, которые не являются стратегическими, а представляют собой традиционные компании, обычно плохо управляемые, поскольку находятся далеко от государственной администрации. Их нужно как можно скорее продать и передать тем, кто умеет ими управлять.

С другой стороны, в условиях столь тяжёлого экономического кризиса государству почти невозможно полностью оставить экономику в покое. Даже частные компании всё чаще обращаются к государству за помощью. Мы считаем, что в случаях, когда у компании всё ещё есть перспектива успеха, особенно если это крупная компания с большим числом рабочих мест, государство может вмешаться. Это краткосрочная антикризисная мера, позволяющая компании пережить кризис.

Сейчас создаётся агентство по управлению государственной собственностью. Я уверена, что после его создания мы сможем быстро оценить, что следует передать в частный сектор, а что имеет смысл оставить в государственной собственности.

Согласились бы вы с тем, что приватизация некоторых государственных компаний сейчас выглядит скорее необходимостью, чем выбором?

Необходимо привлечь свежий капитал и тем самым дать новый импульс фирмам, которые ещё чего-то стоят. Наша задача — обеспечить владельцев, которые купят эти компании и будут хорошо ими управлять. Если это будут иностранцы — пусть так. Деньги остаются в Словении, как и бизнес, и это главное. Мы — маленькая нация и, возможно, немного более чувствительны к таким вещам, потому что понимаем: в рамках крупной интеграции наша идентичность может быть утрачена. Но если мы сильны, если мы показываем, что умеем, наша идентичность останется узнаваемой в более широких общественных структурах.

Некоторые говорят, что международные финансовые институты мало или вовсе не доверяют Словении из-за неудачных попыток приватизации, таких как Mercator и Telekom Slovenije. Как вы на это отвечаете?

Причина создания агентства по управлению государственной собственностью — профессионализация управления государственными активами. Там будет команда людей со знаниями и опытом управления компаниями, и они будут заниматься этим профессионально. Когда государственная собственность была распределена по министерствам, проблемой была политика, присутствующая в министерствах: быстро вступают в силу политические интересы, и принимаются политические решения, которые не всегда оптимальны. Думаю, в будущем Словения станет более дружелюбной к иностранным инвесторам и в этом отношении, потому что по другую сторону сделки будут компетентные люди.

В августе был повышен налог на электроэнергию, что, несомненно, увеличит текущие расходы компаний. Есть ли конкретные планы дать бизнесу »вздохнуть«, чтобы помочь ему выйти из кризиса?

На этом этапе экономике ничто так не поможет, как дать ей вздохнуть. Оставить её в покое, не обременять дополнительными налогами.

Акцизы были утверждены вместе с принятием пересмотренного бюджета на 2010 год. Согласно первоначальному закону акциз на электроэнергию должен был вырасти на шесть процентов, но мы договорились с министром финансов снизить его до трёх процентов. Закон позволял сократить его наполовину, и именно это мы и сделали.

Есть ли отрасли, которые, по вашему мнению, особенно приветствовали бы ноу-хау или капитал иностранных компаний?

В сфере туризма практически нет серьёзных инвестиций, и было бы интересно привлечь иностранного инвестора, чтобы он стал примером и точкой сравнения для отечественных компаний. Иностранный инвестор может принести новые бизнес-модели, новые навыки и новый способ ведения бизнеса, и это обычно стимулирует позитивные изменения во всех остальных словенских компаниях.

Мы, безусловно, предпочитаем инвестиции, которые приносят высокую добавленную стоимость, а не инвестиции, создающие большое количество рабочих мест. Раньше это было нашей главной целью. Теперь фокус сместился — на добавленную стоимость. Мы не хотим быть страной дешёвой рабочей силы, а хотим быть страной с условиями для центров исследований и разработок.

Четверть министров — 5 из 19 — сейчас женщины, тогда как в предыдущем правительстве было всего три женщины-министра. Что вы думаете о таком представительстве женщин в правительстве?

Я всегда выступаю за смешанные команды, потому что они обычно более успешны. Думаю, это потому, что женщины и мужчины по-разному думают и реагируют. Похоже, мужчины более импульсивны и видят только один шаг вперёд, тогда как женщины более системны, более аналитичны и дальновидны. Если бы мы были только группой женщин, мы были бы слишком медленными, слишком оборонительными. Если бы были только мужчины, они бы не продумывали всё до конца и не видели бы рисков. Сочетание обоих хорошо: иногда мужчины могут немного подтолкнуть женщин вперёд или наоборот — женщины могут немного сдерживать мужчин.